Йеллоустоун сафари и Гранд-Титон | Yellowstone safari

— желтое фотосафари
— от гейзеров к альпийским пикам
— слюни лося в холодной воде

Содержание:

Часть 1-я: Сиэтл: завод Боингов и музей Чихули
Часть 2-я: Сиэтл: рынок, круиз, и Космическая Игла
Часть 3-я: аренда кемпера; национальный парк North Cascades, штат Вашингтон
Часть 4-я: круиз в парке North Cascades, переезд в штат Айдахо
Часть 5-я: Айдахо-Монтана; велосипедная тропа The Route of the Hiawatha
Часть 6-я: Монтана: национальный парк Glacier
Часть 7-я: из Монтаны в Йеллоустоун; рафтинг и зиплайн
Часть 8-я: Йеллоустоун: бассейн Норриса
Часть 9-я: Йеллоустоун: Old Faithful – West Thumb
Часть 10-я: Йеллоустоун: Большой Призматический Источник
Часть 11-я: Йеллоустоун: каньоны и долина Ламар
Часть 12-я: Йеллоустоун: фотосафари; дорога в Гранд-Титон
Часть 13-я: Гранд-Титон: вокруг озера Дженни
Часть 14-я: Вайоминг: прогулка на лошадях; переезд в Айдахо
Часть 15-я: Айдахо: дюны Брюно
Часть 16-я: Crater Lake, Орегон
Часть 17-я: пляж Cannon beach, Орегон
Часть 18-я: Olympic National Park, Вашингтон
Часть 19-я: Олимпик: лес Hoh rainforest и пляж Rialto beach
Часть 20-я: Олимпик: Hurricane Ridge и лавандовая столица Америки
Часть 21-я (окончание): Mount Rainier National Park; возвращение домой

Часть 12-я. Маршрут: фотосафари в Йеллоустоуне – выезд в национальный парк Гранд-Титон – пляж возле Colter Bay village – кемпинг Fireside Buffalo Valley RV Park. 

Фотосафари

Встать в отпуске в 4:30 утра мы способны только ради фотографии. На этот раз повод был более чем весомый: фотосафари, которое стартовало от Lake Hotel ни свет ни заря.

Ранний выезд — около шести утра — дает сразу несколько преимуществ. Над рекой часто висит красивая утренняя дымка, свет мягкий и рассеянный, а животные в это время особенно активны: волки, медведи, бизоны и лоси выходят кормиться. Вспомните своего кота Ваську, который в рань-перерань начинает стучать миской об пол и устраивать тыгыдык. Он тоже часть природы и прекрасно знает, когда пора просыпаться.

После эпичного фотосафари за медведями с Дагом Хилборном в 2014 году (читать: “Чтоб через полчаса в лесу было сухо, светло, и медведь!“), мы втайне надеялись, что и на этот раз окажемся на экскурсии одни. Но не тут-то было.

Ранний подъем не испугал еще две компании: семейную пару из Арканзаса — бывшего морпеха с женой — и троих подростков, которых родители на лето сплавили к бабушке с дедушкой в Вайоминг. Дочка быстро нашла с ребятами общий язык, поэтому дети устроились тусовкой в задней части машины, а мы перебрались поближе к гиду-водителю.  

Гид Эрик — мужчина пенсионного возраста, в прошлом полицейский фотограф. В парке он работал уже третий год. В Йеллоустоуне это, кстати, довольно распространённая история: гидом нередко становится человек, чья прежняя жизнь так или иначе была связана с фотографией.

С собой Эрик привёз целый арсенал фотографической техники: профессиональные камеры и объективы для тех, кто приехал налегке, а также набор фильтров, с которыми мы собирались ловить радугу над Нижним водопадом. Снимки можно было тут же скопировать на флешку и забрать с собой. Но мы, разумеется, притащили всё своё, а вот ребята из Арканзаса с удовольствием воспользовались щедростью гида. 

Ездили опять на одном из желтых автобусов, которые традиционно используются в Йеллоустоуне с 1930-х годов. Напомню, что первые экскурсионные автобусы здесь были ярко-жёлтого цвета (чтобы быть заметными на дороге и символизировать парк), их называли Yellow Buses. Современные автобусы — это реставрированные винтажные модели White Motor Company или их стилизованные аналоги. Такой транспорт — часть исторического облика парка, и как нельзя более подходит для фотосафари. 

Само фотосафари можно заказать здесь >> 

Маршрут выбрали тот же, что и несколько лет назад с Дагом: через Fishing Bridge в сторону Pelican Valley. И первым, кого мы встретили, оказался… сам Даг! Он по-прежнему занимался медведями, но туристов уже не водил. Зато своему старому обыкновению не изменил: тут же сообщил нам о потенциально интересном месте. Дальше по дороге лежал мёртвый олень, и рейнджеры с часу на час ожидали появления медведей.

Правда, «с часу на час» вполне могло растянуться на день-другой. Ждать мы не стали и отправились дальше. 

Раннее утро в районе Fishing Bridge — одно из тех мгновений, ради которых действительно стоит встать до рассвета. Воздух прохладный, над рекой Йеллоустоун стелется лёгкий пар.

Хвойный лес кажется почти чёрным на фоне первых розовых бликов в небе, а склоны дальних гор постепенно проступают из синевы. Мягкий свет понемногу заполняет долину, и Йеллоустоун в эти часы выглядит особенно диким и безлюдным.

Первой живностью по пути оказалась самка оленя Рузвельта с двумя детёнышами. Сначала они осторожно выглядывали из высокой травы, но вскоре осмелели, вышли на открытое место и принялись спокойно щипать траву, совершенно не обращая на нас внимания. 

Эрик решил сделать небольшой крюк и прокатить нас в сторону восточного въезда в парк — к лесному озеру Sylvan Lake, примерно в получасе езды от Fishing Bridge.

Sylvan Lake — тихое озеро, спрятанное у подножия Сильванского перевала в восточной части Йеллоустоуна. Здесь нет суеты популярных туристических точек: только зеркальная вода, тёмные сосны по берегам и свежий горный воздух.

Ранним утром над озером клубится лёгкий туман, склоны отражаются в воде почти без искажений, а вокруг стоит тот самый терпкий запах хвои, который особенно хорошо чувствуешь в прохладном воздухе.

Здесь хорошо выпить чаю из термоса, присесть на бревно у воды, послушать, как в полной тишине капля падает с ветки. Эрик сказал, что иногда в окрестностях можно встретить и лосей. И тут появилось странное ощущение, будто за нами кто-то наблюдает. 

И точно: на старом сухом дереве прямо напротив сидел он — краснохвостый сарыч (Red-tailed Hawk), одна из самых узнаваемых хищных птиц Северной Америки. Глаз — янтарная бусина, клюв — острый крючок, поза — гордая и совершенно невозмутимая.

Даже если вы никогда не слышали названия этой птицы, её голос наверняка знаком по кино. Пронзительный, протяжный «кьи-и-иир» часто выдают за крик орла, хотя на самом деле это краснохвостый сарыч. 

Сарычи — терпеливые охотники. Они могут часами сидеть на высоком дереве или столбе, высматривая мышей, сусликов или змей. В Йеллоустоуне это практически часть пейзажа: особенно часто их можно заметить вдоль дорог и на опушках. В Техасе они тоже встречаются, но гораздо реже, чем красноплечие сарычи (Red-shouldered Hawk). Оба вида относятся к одному роду — Buteo и находятся в близком родстве.

А этот экземпляр явно никуда не спешил. Он вообще не двигался — только глаза, как два маленьких прицела, медленно отслеживали каждое наше движение. Казалось, оценивал: кто больной движется медленнее? Кто отбился от группы? И кто, наконец, будет вкуснее с перцем?

Ненадолго заехали и на обзорный холм Lake Butte Overlook, где в прошлый раз снимали булькающего голубого тетерева. Место не самое раскрученное, поэтому и народу обычно немного.

Сам Lake Butte — невысокий холм над восточным берегом Йеллоустоун-Лейк. Сюда ведёт короткая асфальтированная дорога через лес, а наверху есть небольшая парковка и обзорная площадка. Отсюда озеро раскрывается во всей красе: огромное синее зеркало, за ним — тёмные хребты Абсарока, а в ясную погоду где-то на горизонте можно разглядеть даже Титоны. 

Только спустились с холма Lake Butte Overlook к уровню воды, как заметили на каменной осыпи два пушистых шара. Замерли. Уставились. Мы — на них. Они — на нас.

Это были желтобрюхие мармоты (Yellow-bellied marmots), которых местные называют rock chucks — буквально что-то вроде «скальных сурков». Кругленькие, лоснящиеся, основательно упитанные, с совершенно человеческой мимикой — смотреть на них без улыбки невозможно. 

Зима у мармотов — дело серьёзное. Эти зверьки способны проводить в спячке по 7–8 месяцев. Во время сна их пульс может замедляться до нескольких ударов в минуту, а температура тела — опускаться примерно до +5 °C. Обмен веществ практически замирает, и всё это время организм живёт на запасах жира, которые зверёк успевает накопить за короткое горное лето.

Поэтому весна и лето у мармота проходят по довольно незамысловатой программе: есть, есть и ещё раз есть. Трава, цветы, листья — всё идёт в дело. Нужно успеть хорошенько отъесться до следующей зимы.

Наша активность им не особо понравилась. Один из мармотов что-то коротко пискнул — и оба синхронно скрылись в норах между валунов. Разговор окончен.

Дальше мы снова направились в долину Ламар, которую уже исследовали накануне. И вдруг в придорожных кустах мелькнула медвежья тень.

В Йеллоустоуне обитают и гризли, и чёрные медведи, которых издалека действительно легко перепутать — особенно когда зверь находится в контровом свете. Но есть одна характерная деталь, которая может помочь: у гризли хорошо заметен массивный горб (grizzly hump).

Это не жировой запас, а мощная мышечная масса, связанная с работой передних лап. Она особенно развита у гризли, которым приходится буквально перекапывать землю в поисках корней, клубней, насекомых и мелкой живности. Поэтому профиль плеч у такого медведя выглядит заметно более «горбатым», чем у большинства чёрных медведей. 

По долине Ламар — этой «американской Серенгети» — мы уже неплохо покатались накануне (см. предыдущую часть).

Поведение бизонов ничуть не изменилось. Они по-прежнему переходили дорогу исключительно по собственному расписанию, собирая за собой автомобильные пробки, месили копытами глину на водопое, мычали, кряхтели и время от времени выясняли отношения.

В сезон гона, с июля по сентябрь, долина Ламар превращается в настоящую оперную сцену. 

Самцы издают низкое утробное ворчание, больше всего напоминающее бурчание недовольного холодильника. Это не столько угроза, сколько брачный концерт: нужно одновременно впечатлить самок и дать понять соперникам, кто тут главный. Правда, публика бывает неблагодарной. Самка может с совершенно невозмутимым видом посмотреть на такого солиста, подумать что-то вроде: «Господи, ну что за идиот», — и спокойно отправиться дальше щипать траву. 

Вообще, для бизонов Йеллоустоуна идеально подходит выражение «благородное безразличие».

Они ходят по этим равнинам так, словно ничего в мире не изменилось за последние несколько сотен лет: жуют траву, лениво поворачивают головы и совершенно не интересуются ни машинами, ни туристами, ни пробками, которые сами же и создали.

Долина Ламар — их дом. Они здесь хозяева. А мы — всего лишь временные посетители.

К десяти утра наша желтая safari car, с которой мы уже успели снять брезентовую крышу, остановилась возле Нижнего водопада.

Пока гид Эрик объяснял остальным, как поймать радугу в водопаде и какой фильтр для этого прикрутить (вся стратегия описана в предыдущей главе), мы уже вовсю снимали. 

И всё получилось! Радуга медленно переливалась всеми цветами и танцевала в облаке водяных брызг над мощным потоком. Красивее финала для нашего последнего дня в Йеллоустоуне и придумать было сложно. 

Фотосафари закончилось там же, где началось, — возле Lake Hotel. Правда, сам гид оставил неоднозначные впечатления. Эрик оказался человеком довольно меланхоличным и слегка заторможенным. Для обычной жизни — вполне симпатичный набор качеств, но для гида, от которого ждешь эмоций, азарта и постоянного поиска зверья, всё-таки не лучший вариант.

Перед выездом из Йеллоустоуна пообедали в гостиничном ресторане тушёнкой из бизона — Bison Sloppy Joe, — и взяли курс на Гранд-Титон. 

Grand Teton National Park

Йеллоустоун и Гранд-Титон имеют общую границу, а между двумя национальными парками практически нет цивилизации: никаких городов, крупных хайвеев или частных земельных «вставок». 

Дорога US-191/89/287 ведет прямо на юг, вдоль живописного озера Джэксон.

Wyoming Travel Information Map >>

Карта Grand Teton National Park (.pdf) >>

Дорога John D. Rockefeller, Jr. Memorial Parkway создает природный коридор между Йеллоустоуном и Гранд-Титоном.

Пейзаж постепенно меняется: вместо гейзеров, дымящихся бассейнов и горячих террас появляются альпийские пики, леса и прозрачные горные озёра. И вот уже перед нами Grand Teton National Park — всё тот же Вайоминг, только совсем другой.

Название гор, по распространённой версии, придумали французские трапперы — охотники и торговцы мехом. Увидев характерные очертания хребта, они назвали его les trois tétons — буквально «три соска». Позже название превратилось в более благопристойное Grand Teton, то есть «Большой Титон». Ну а в русском интернете эту географию иногда называют совсем без церемоний — «Большие титьки».

Самая высокая вершина хребта — Grand Teton, 4199 метров. Причём горы поднимаются прямо из равнины, без длинной цепочки предгорий, поэтому выглядят особенно впечатляюще. Основу хребта составляет древний гранит, возраст некоторых пород превышает 2,5 миллиарда лет. 

Национальный парк Grand Teton появился в 1929 году, но его создание далось не просто. Местные фермеры и владельцы ранчо не хотели расставаться со своими землями, которые должны были войти в состав парка.

Ситуацию во многом изменил Джон Д. Рокфеллер-младший. Он начал тайно скупать земли в этом районе, а затем передавать их федеральному правительству для сохранения. В итоге территория парка значительно расширилась, а сегодня в честь Рокфеллера названа дорога и установлен памятный знак. 

Минут через 40 после выезда из Йеллоустоуна мы добрались до Colter Bay Village — небольшого туристического поселения на берегу озера Джексон (Jackson Lake). По сути, это удобная база для путешественников: здесь можно перекусить, пополнить запасы и немного передохнуть перед дальнейшей дорогой. 

Есть здесь и вполне приличный продуктовый и сувенирный магазин Colter Bay Grocery Store — на мой взгляд, заметно лучше тех, что попадались нам в Йеллоустоуне. В продаже всё необходимое для жизни в дороге: молоко, хлеб, сыр, немного свежих овощей, напитки и снеки. Плюс туристические мелочи вроде карт, репеллентов и фонариков и, конечно, обязательный набор сувениров — футболки, кружки, книжки и игрушечные медведи. 

В нескольких минутах пешком от Colter Bay Visitor Center находится галечный пляж с гладкими камешками всех размеров. Купаться можно, но вода даже летом ледяная: озеро Джексон питается в том числе ледниковыми водами. Детей, впрочем, такие мелочи обычно не останавливают. 

Пока дочка плескалась вместе с другими юными «моржами», мы решили познакомиться с местной гастрономией и заценили пиво с прекрасным названием Moose Drool — в буквальном переводе «Слюни лося».

Moose Drool — американский brown ale от Big Sky Brewing Company из Монтаны. Крепость около 5,2%, вкус мягкий, с обжаренными ореховыми нотками, без излишней горечи. В общем, вполне приятное пиво.

Приезжие нередко спрашивают: «А почему такое название?» На что местные работники магазинов отвечают в духе: «А почему бы и нет?» И действительно, народ в Монтане и Вайоминге любит пошутить — в чём мы уже не раз убеждались (вспомним хотя бы рафтинг и зиплайн из 7-й главы). Название цепляет внимание, вызывает улыбку, а банки с изображением лося, который якобы щедро делится с вами своими «слюнями», явно рассчитаны на туристов. Работает безотказно.

Больших планов на этот день уже не было. Мы просто двигались в сторону кемпинга, по дороге останавливаясь на понравившихся обзорных площадках.

Одна из них находится сразу за Jackson Lake Lodge, на её задней веранде. От террасы начинается короткая тропа Lunch Tree Hill Trail длиной около 800 метров. Она ведёт на небольшой холм, откуда открывается отличный вид на Титоны.

Именно здесь в 1920-х годах Джон Д. Рокфеллер-младший устраивал пикники, любуясь горами.

Эта панорама настолько его впечатлила, что он начал вкладывать деньги в покупку и сохранение земель вокруг. Впоследствии именно эта деятельность сыграла важную роль в формировании современного Grand Teton National Park. Так что место оказалось не просто красивым, но и вполне историческим.

На эту и следующую ночи мы забронировали место под наш дом-на-колёсах в кемпинге Fireside Buffalo Valley RV Park, примерно в пяти милях от восточного въезда в Гранд-Титон. С местами внутри самого парка ситуация оказалась ещё хуже, чем в Йеллоустоуне. Когда мы делали бронь в апреле, свободные места оставались только здесь. 

И, честно говоря, кемпинг нам совсем не понравился. Тесно, RV стоят практически бок о бок, деревьев нет, рядом проходит дорога. Всё производит впечатление слегка запущенного места с инфраструктурой, которую давно пора обновить. Wi-Fi нет, сотовый сигнал слабый — если вы, как некоторые, собираетесь ещё и поработать в отпуске, это тоже стоит учитывать.

Нам здесь не понравилось настолько, что в путевых заметках напротив этого места появилась короткая ремарка: «не рекомендовать». Но на тот момент это был единственный доступный вариант, так что дальше решайте сами — бронировать или поискать что-нибудь получше.

На следующий день у нас было запланировано полноценное знакомство с Гранд-Титоном — маршрут вокруг Jenny Lake.

И именно там нас ждал главный сюрприз дня (спойлер: встреча с медведем). 

Катерина Андреева.
Хьюстон, Техас – Вашингтон – Айдахо – Монтана – Вайоминг – Орегон.
Июль-август, 2018.

Содержание:

Часть 1-я: Сиэтл: завод Боингов и музей Чихули
Часть 2-я: Сиэтл: рынок, круиз, и Космическая Игла
Часть 3-я: аренда кемпера; национальный парк North Cascades, штат Вашингтон
Часть 4-я: круиз в парке North Cascades, переезд в штат Айдахо
Часть 5-я: Айдахо-Монтана; велосипедная тропа The Route of the Hiawatha
Часть 6-я: Монтана: национальный парк Glacier
Часть 7-я: из Монтаны в Йеллоустоун; рафтинг и зиплайн
Часть 8-я: Йеллоустоун: бассейн Норриса
Часть 9-я: Йеллоустоун: Old Faithful – West Thumb
Часть 10-я: Йеллоустоун: Большой Призматический Источник
Часть 11-я: Йеллоустоун: каньоны и долина Ламар
Часть 12-я: Йеллоустоун: фотосафари; дорога в Гранд-Титон
Часть 13-я: Гранд-Титон: вокруг озера Дженни
Часть 14-я: Вайоминг: прогулка на лошадях; переезд в Айдахо
Часть 15-я: Айдахо: дюны Брюно
Часть 16-я: Crater Lake, Орегон
Часть 17-я: пляж Cannon beach, Орегон
Часть 18-я: Olympic National Park, Вашингтон
Часть 19-я: Олимпик: лес Hoh rainforest и пляж Rialto beach
Часть 20-я: Олимпик: Hurricane Ridge и лавандовая столица Америки
Часть 21-я (окончание): Mount Rainier National Park; возвращение домой

Фотографии: