Штат Вашингтон: в парке Олимпик | Washington state: Hurricane Ridge В доме-на-колесах по Северо-западу США (20)

Штат Вашингтон: в парке Олимпик | Washington state: Hurricane Ridge

— козы-убийцы
— лавандовый рай
— ночлег не в RV

Содержание:

Часть 1-я: Сиэтл: завод Боингов и музей Чихули
Часть 2-я: Сиэтл: рынок, круиз, и Космическая Игла
Часть 3-я: аренда кемпера; национальный парк North Cascades, штат Вашингтон
Часть 4-я: круиз в парке North Cascades, переезд в штат Айдахо
Часть 5-я: Айдахо-Монтана; велосипедная тропа The Route of the Hiawatha
Часть 6-я: Монтана: национальный парк Glacier
Часть 7-я: из Монтаны в Йеллоустоун; рафтинг и зиплайн
Часть 8-я: Йеллоустоун: бассейн Норриса
Часть 9-я: Йеллоустоун: Old Faithful – West Thumb
Часть 10-я: Йеллоустоун: Большой Призматический Источник
Часть 11-я: Йеллоустоун: каньоны и долина Ламар
Часть 12-я: Йеллоустоун: фотосафари; дорога в Гранд-Титон
Часть 13-я: Гранд-Титон: вокруг озера Дженни
Часть 14-я: Вайоминг: прогулка на лошадях; переезд в Айдахо
Часть 15-я: Айдахо: дюны Брюно
Часть 16-я: Crater Lake, Орегон
Часть 17-я: пляж Cannon beach, Орегон
Часть 18-я: Olympic National Park, Вашингтон
Часть 19-я: Олимпик: лес Hoh rainforest и пляж Rialto beach
Часть 20-я: Олимпик: Hurricane Ridge и лавандовая столица Америки

Часть 20-я. Маршрут: Национальный парк Olympic – тропа Hurricane Ridge – лавандовая ферма Purple Haze – молочная ферма Dungeness Valley Creamery – неожиданная гостиница в Silverdale.

Hurricane Ridge

Утром мы снова выехали в доме на колесах в сторону Olympic National Park. Казалось бы, вчера только вернулись из дождевого леса Hoh, но этот парк настолько разный, что за одну поездку его невозможно узнать. Сегодня нас ждали уже не мхи и папоротники, а совсем другой Олимпик — высокогорье Hurricane Ridge.

Дорога Hurricane Ridge Road — главная артерия национального парка Олимпик и кратчайший путь от моря к облакам. Всего за 17 миль (около 27 км) от Порт-Анджелеса она поднимает путешественников на высоту 1600 метров к субальпийским лугам. Это делает живописный хребет Харрикейн-Ридж самой доступной высокогорной точкой во всем парке.

По пути попалась крошечная кофейная избушка — одна из тех типично американских coffee shacks, которые встречаются на Северо-Западе. Остановились скорее по привычке, без особых ожиданий, а в итоге получили, пожалуй, один из лучших кофе за всё путешествие. Детям здесь бесплатно наливали горячее какао — мелочь, а настроение с самого утра стало ещё лучше.

Чем выше мы поднимались, тем извилистее становилась дорога, а поток машин — всё плотнее. Казалось, половина жителей Сиэтла решила провести выходной именно здесь. Перед въездом в парк выстроилась длинная очередь. Минут тридцать мы медленно ползли к будке рейнджеров, где опять сработал наш бесплатный пропуск, который ежегодно получают американские четвероклассники и их семьи. Напомню, что программа называется Every Kid Outdoors, в рамках которой государство буквально поощряет семьи путешествовать с детьми по национальным паркам. Изначально планировалось, что срок действия этой инициативы истечет в 2026 году, однако в Сенат США был внесен законопроект Every Kid Outdoors Extension Act, продлевающий ее работу как минимум до 2031 года. Получить пропуск можно здесь: https://www.everykidoutdoors.gov/index.htm

За въездом дорога начала быстро набирать высоту. Позади остались густые хвойные леса, а по обочинам появились целые ковры диких цветов. Всё чаще открывались виды на снежные вершины Олимпийских гор. Трудно поверить, что вчера мы гуляли среди папоротников дождевого леса, а теперь вокруг лежали снежники, не успевшие растаять даже летом.

Строительство дороги Hurricane Ridge Road — результат грандиозного политического компромисса 1940-х годов. Местный бизнес требовал закатать в асфальт все горы ради туристов, а экологи грозились лечь под тракторы. Споры шли больше 10 лет. В итоге власти заключили сделку: «Мы построим ОДНУ идеальную дорогу к вершине, но на этом всё». Защитники природы согласились. В итоге волки сыты, олени целы, а мы с вами получили роскошный хайвей, который вот уже почти 70 лет остается единственной новой дорогой, построенной в парке.

Парковка у Visitor Center оказалась забита до отказа. Туристические автобусы один за другим выгружали большие группы, обычные легковые автомобили кружили в поисках свободного места. Зато для RV здесь была предусмотрена отдельная секция. В очередной раз мы убедились, что путешествовать в доме на колёсах в американских национальных парках гораздо удобнее, чем может показаться со стороны.

Для прогулки выбрали, пожалуй, самый популярный маршрут парка — Hurricane Hill Trail. Несмотря на сравнительно небольшую длину, это одна из самых известных троп Олимпийского парка, которую я бы описала как «идеальный трек для ленивых, который выглядит как хардкорное восхождение».

Тропа ведёт по открытому горному хребту к смотровой площадке, откуда в хорошую погоду можно без всяких биноклей устроить «международный шпионаж».

На севере, прямо за синей гладью пролива Хуан-де-Фука, как на ладони виден канадский остров Ванкувер и город Виктория. Контраст невероятный: разворачиваешься на 180 градусов — перед тобой суровые пейзажи дикой Америки, разворачиваешься обратно — пляжи и города Канады.

Корабль по небу летит…

А еще здесь можно покататься на лыжах зимой. Горнолыжный склон на хребте Харрикейн-Ридж — это один из трех официально действующих горнолыжных курортов с подъемниками (lift-serviced ski areas), которые расположены непосредственно внутри границ национальных парков США.

Козы-убийцы

Самый интригующий знак на тропе Hurricane Hill предупреждает об агрессивных горных козах со «смертоносными рогами» и строго запрещает туристам справлять нужду на камни и снег. Звучит как шутка, но за этим скрывается драматическая история. Дело в том, что снежные козы вообще не являются коренными жителями Олимпийских гор — их завезли сюда ради охоты в 1920-х годах. Животные быстро размножились, но вскоре столкнулись с жестким дефицитом: в местных скалах катастрофически не хватало соли. Когда в горы потянулись туристы, копытные мгновенно сообразили, что человеческий пот на рюкзаках, грязная одежда и богатая солями моча вдоль троп — это самый легкий источник натрия, и превратились в настоящих «солевых наркоманов».

Годами козы буквально преследовали хайкеров, требуя «дозу», пока в октябре 2010 года на этой самой тропе не произошла трагедия. Огромный 130-килограммовый самец напал на опытного 63-летнего туриста Боба Бордмана. Козел атаковал мужчину своими тонкими, как стилеты, рогами, встал копытами на его теле и не подпускал спасателей в течение 30 минут. В результате мужчина умер от потери крови. После этого случая Служба национальных парков поняла, что прикормленные и потерявшие страх перед людьми животные стали смертельно опасны, а шутливые просьбы не ходить в туалет на тропах превратились в жесткие инструкции по выживанию.

В итоге власти парка приняли радикальное решение — полностью депортировать пришлых коз из Олимпика обратно на их историческую родину в Каскадные горы. С 2018 по 2022 годы здесь развернулась фантастическая спецоперация, достойная голливудского экшена. Специальные отряды кружили над скалами на вертолетах, усыпляли коз дротиками, связывали, надевали им на глаза маски и в специальных люльках по воздуху перевозили на базу. Всего из парка вертолетами и грузовиками-рефрижераторами эвакуировали более 325 животных, а единичные особи, которых не удалось поймать в глубоких каньонах, были отстреляны.

Сегодня встретить козу на Hurricane Ridge — огромная редкость, и операция официально завершена. Тем не менее пугающие знаки умышленно оставили на тропе. Они служат туристам суровым напоминанием о том, как опасно нарушать личные границы дикой природы и к каким фатальным последствиям может привести банальное приручение лесных жителей ради красивого кадра.

Горная «курица»

Обратно мы возвращались по другой ветке тропы через цветущие луга. Там ждал гораздо более приятный сюрприз — мы буквально нос к носу столкнулись с семейством Сажистых тетеревов (Sooty Grouse). Самки, в отличие от серых самцов, щеголяют в удивительно эффективном ~~макияже~~ камуфляже из кофейных, бурых и белых пятен, что позволяет им буквально растворяться среди сухой травы и веток. Если бы эта мамаша-тетерка не дернулась в последний момент, мы бы её с легкостью проглядели.

Полагаясь на свой безупречный камуфляж, эти тетерева подпускают человека невероятно близко. Они будут неподвижно сидеть на земле до самого последнего момента, пока вы буквально не наступите на них. И лишь в метре от вашего ботинка птица с оглушительным, пугающим треском крыльев резко взлетит вверх. Подобный трюк не раз заставлял хайкеров на тропе хвататься за сердце.

У Сажистых тетеревов довольно странная диета. Пока птенцы маленькие, они активно едят насекомых и ягоды, но взрослые птицы — настоящие экстремалы по части выживания. Большую часть года и всю зиму они питаются исключительно жесткой хвоей и почками хвойных деревьев (пихты и тсуги). Далеко не каждое животное способно переваривать такую тяжелую смолистую пищу, но их пищеварительная система идеально к этому адаптирована.

Нагуляв аппетит среди горных пейзажей, во второй половине дня спустились обратно в цивилизацию в Port Angeles и решили пообедать в ресторане Kokopelli Grill, у которого был хороший рейтинг в разных обзорах. Ожидания от местной кухни были высокими, но, увы, гастрономического чуда не случилось. Знаменитый крем-суп из копчёного лосося оказался довольно посредственным. А когда принесли основные блюда — палтус и лосось в компании с печёной фасолью, стало понятно, что это весьма странный и спорный союз. Бывает и так: не каждый ресторан с красивым видом у воды автоматически становится кулинарным открытием. Но даже такой обед не смог испортить впечатление от потрясающего дня на Hurricane Ridge.

Лавандовый рай

После ресторана мы взяли курс на восток — к крошечному городку Сквим (Sequim), который официально носит гордый титул «Лавандовой столицы Северной Америки». Из-за уникального климатического феномена (дождевой тени Олимпийских гор) здесь почти всегда солнечно и сухо, как на Средиземноморье, что создает для лаванды почти идеальные условия.

Нашей целью была знаменитая лавандовая ферма Purple Haze, основанная в 1990-х годах семейной парой, которая просто хотела спасти местную землю от застройки коммерческой недвижимостью. Мы приехали буквально за час до закрытия, и это было идеальное время: мягкий предзакатный свет и бесконечные, идеально ухоженные фиолетовые ряды. Здесь же мы впервые увидели и редкую белую лаванду.

Представьте себе, из 450 сортов в мире существует всего около десятка “белоснежек”. Это редкая природная мутация: у таких растений практически отсутствует фиолетовый пигмент, хотя аромат остается таким же насыщенным.

Но прогулка по полю превратилась в настоящее испытание на храбрость. Козы-убийцы на тропе — это цветочки; здесь над кустами стоял такой оглушительный гул, будто мы попали на пчелиный съезд. Пчёл и шмелей было столько, что пробираться сквозь ряды приходилось на цыпочках, стараясь лишний раз не дышать, и не привлекать к себе внимание.

Напоследок мы заглянули в магазин при ферме, доверху забитый крафтовыми штучками, мылом и маслами. Там же взяли на пробу местный хит — фирменное лавандовое мороженое. И тут я в очередной раз убедилась в своей странной особенности.

Я обожаю аромат лаванды в средствах для душа, свечах или мыле, но терпеть не могу её вкус в еде и напитках. Оказывается, это не просто каприз, а чистая биология и химия.

В лаванде содержатся два мощных ароматических соединения: линалоол и линалилацетат. Наш нос воспринимает их как нечто свежее и расслабляющее. Но как только лаванда попадает в рот, эти же соединения в высокой концентрации мгновенно перегружают вкусовые рецепторы и отправляют в мозг однозначный сигнал: «Внимание, ты ешь мыло!». К тому же у некоторых людей есть генетическая предрасположенность (прямо как с кинзой), из-за которой кулинарная лаванда всегда кажется парфюмерной химией. Так что мороженое я честно оставила мужу и дочке, предпочтя просто вдыхать этот сумасшедший успокаивающий аромат.

*Цветущая головка артишока настоящего (Cynara Scolymus)*

Телячьи нежности

После лавандовых полей мы заехали на молочную ферму Dungeness Valley Creamery здесь же в Сквиме. Это легендарное для штата место: они одни из немногих, кто производит сертифицированное сырое (raw milk) молоко от коров джерсейской породы.

Помимо классического коровника, покорил местный «детский сад» — очаровательные телята жили в персональных мини-юртах. У каждого на ухе красовался именной тэг: Ариана, Люсиль, Дженни. Правда, девчонки оказались с характером — от наших рук они гордо уворачивались и гладиться наотрез отказались. Зато в фермерской лавке мы взяли невероятное мороженое: безумно жирное, плотное, почти желтого цвета, с насыщенным вкусом. Настоящий пломбир из детства.

Спонтанный люкс

А вот дальше начались неопределенности. Бронирования в кемпинге для нашего автодома на эту ночь не было. Мы медленно двигались на восток, параллельно обзванивая и проверяя все стоянки по пути. Вердикт везде один: «Мест нет». Субботний вечер, мегаполис Сиэтл совсем рядом, и, кажется, абсолютно весь город решил дружно выехать на природу. Наш RV рисковал остаться ночевать на обочине.

Когда надежда почти угасла, в городке Сильвердейл (Silverdale) мы заглянули в отель Oxford Suites — и вытянули счастливый билет, забрав самый последний свободный номер за $250! Это была наша первая ночевка не в RV за всё путешествие, и она оказалась идеальной.

Отель новенький, чистый и с огромными номерами. Но главным сюрпризом стал комплимент от отеля — free alcohol drinks! Нам с мужем налили по два отличных коктейля, а дочке выдали два лимонада. Вечер мы провели на веранде с бокалами в руках, любуясь панорамным видом на залив Dyes Inlet.

На этом приятные сюрпризы не закончились. Пока дочка в полном одиночестве плескалась в бассейне, мы устроили себе тотальный релакс в отличной джакузи, парной и сауне. Огромный номер, идеальная чистая ванная после походных условий автодома — это был неожиданно приятный, душевный и такой нужный ночлег.